История пенитенциарной политики Российского государства и Сибирь XVIII–ХХI веков
  • Политзаключенные в камере Александровского централа
  • Каторга - Сибирь
  • «Сибирская ссылка»

20-02-2009

История пенитенциарной системы в Бурятии: от наказания к покаянию.

Автор: Петрушин Юрий Александрович

В 2006 г. в издательстве Нова Принт (Улан-Удэ) вышла солидная, хорошо иллюстрированная книга «История пенитенциарной системы в Бурятии» под общей редакцией начальника Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Бурятия С.П.Суша. Книга написана на архивных документах, личных воспоминаниях ветеранов и действующих сотрудников ГУИН, подготовлена известными в регионе историками, авторами-составителями. В их числе профессора С.П.Звягин, Л.В. Курас, кандидаты наук О.Д. Базаров, Т.О. Гусарова, Е.А. Петухов, а также А.М. Бурдуковский и Г.В. Бурдуковская. Научный редактор, профессор Н.Н. Щербаков.

По своим задачам  и добротной источниковой основе книга может быть отнесена к научно-исследовательским  работам. В то же время она выполнена в научно-популярном жанре, ее главы и содержание свидетельствуют о наличии богатого и интересного материала повседневной истории жизни системы ГУИН. Книга задумывалась и формировалась как свидетельство открытости и готовности ГУИН к откровенному разговору с читателями и сотрудничеству с научной общественностью. Это подчеркивается во вступительных статьях книги Директором Федеральной службы исполнения наказаний Ю.И. Калининым, Президентом Республики Бурятия Л.В.Потаповым, Главным федеральным инспектором по Республике Бурятия Б.Даниловым. В ней страница за страницей показана история уголовно исполнительной системы в Республике Бурятия, ее проблемы и достижения.

Со времени возведения Удинского острога в конце ХVII берет свой отсчет формирование системы наказаний в истории Бурятии. С этого времени тонкая струйка первых ссыльных  начала разрастаться в полноводную людскую реку. Сибирская, а в особенности Нерчинская  и Акатуйская каторги прочно вошли в сознание людей как тяжелейшая кара, испытать которую могло случиться каждому, пережить - единицам. Не отсюда ли в гуще русского народа зародилась и стойко живет поговорка, какой нет в других заморских краях: «От сумы и от тюрьмы не зарекайся». В ней читается некая безысходность русского человека за свою судьбу, которую власть веками ломала и коверкала своим беспределом, зачастую беззаконием, пытаясь суровой системой наказания «исправить» ослушников. Сколько же людей прошли сибирскую планиду от протопопа Аввакума до политических заключенных середины ХХ века? На эти и другие вопросы скрупулезно, стараясь не обходить острых вопросов, отвечают авторы книги. Они воссоздают перед читателями картину становления и совершенствования системы наказаний в России и на ее восточной окраине. Тюрьма становилась учреждением по исполнению наказания, элементом карательной политики царизма. Согласимся с авторами, что достигнуть в таких суровых условиях нравственного исправления заключенного вряд ли было возможно. Для этого и сам арестант, по мнению власти, представлялся материалом непригодным и орудия – органы управления, за редкими исключениями, - недостаточно подготовленными (с.32).

Конечно, в тюремной системе России пореформенного периода закладывались и прогрессивные тенденции. Однако они порождались не гуманизацией и демократизацией общества, подчеркивают авторы книги, - а возрастанием роли мест заключения в карательной политике государства. Тюремная система Забайкальской области как части Российской империи была слепком с таковой в нашем государстве. Особенностью же тюрем этого региона был довольно высокий образовательный уровень начальников тюрем, активная деятельность Попечительского Совета тюрем, постоянный поиск возможности использовать  труд заключенных, дабы исключить их «праздность». (Вспомним философские размышления на сей счет Ф.М. Достоевского, будучи «сидельцем» в тюрьме).

С 1 марта 1917 г. Временное правительство  предпринимает шаги в части реформирования тюремного ведомства: амнистия, отмена всех видов оков, арестантской одежды, телесных наказаний. В этой связи авторы подмечают главное: начались преобразования в умах граждан новой России, служащих тюремного ведомства. Возросло понимание гуманного и демократического отношения к оступившимся гражданам страны.

Придя к власти, в октябре 1917 г. большевики принялись за «каторги» и «ссылки» - места которые они хорошо знали не понаслышке. Руководство местами заключения  было возложено на Наркомат юстиции. Было создано Тюремное управление. В мае 1918 г. Тюремная коллегия НКЮ РСФСР преобразуется в карательный отдел, а тюремные отделы на местах – в карательные отделы при губернских комиссариатах юстиции. Советская власть вновь предприняла попытку широкого привлечения заключенных к труду. Авторы знакомят читателей с инструкцией Народного Комиссариата юстиции, отражавшей два принципа новой тюремной политики: самоокупаемость мест заключения и полное перевоспитание заключенных. В реальности добиться этого было невозможно. Приступить к выполнению этого утопичного решения в сибирском регионе не успели. В Забайкалье Советская власть пала. В Сибири установилась власть Колчака, в Забайкалье – атамана Семенова. Сибирское же правительство спешно реставрировало в тюрьмах дореволюционные порядки. Жизнь заключенных от подобных перемен совсем не улучшилась, даже стала тяжелее. В этих условиях власть и чины тюремного надзора менее всего заботились об исправлении заключенных. Более того, авторы отмечают вопиющие преступления власти. В конце 1918 – начале 1920 гг. в Троицкосавской тюрьме было уничтожено 1644 политзаключенных. Массовые расстрелы случились и в Верхнеудинской тюрьме. Колчаковские тюрьмы оставались учреждениями для унижения, физического уничтожения заключенных.

После образования ДВР (1920 г.) тюрьмы Забайкальской области перешли в подчинение правительства этой республики, выполняя свои специфические функции. В 1923 г. была создана Бурят-Монгольская АССР. Система наказания республики включалась в общероссийскую. К этому времени образовались две независимые друг от друга службы исполнения наказаний. Одна в ведении Наркомюста, другая – в НКВД. Сохранялся принцип окупаемости содержания осужденных их трудом. Предусматривалось создание двух видов лагерей принудительных работ – обычных и особых.

В 1930-е гг. постепенно в ведении НКВД, НКЮ и ОГПУ появились подчиненные им  специализированные места лишения свободы. В книге показано как ОГПУ формирует собственную систему исправительно-трудовых лагерей, которые впоследствии стали основой ГУЛАГа. При этом ОГПУ наделялось особыми полномочиями, по которым проводились внесудебные репрессии. Этому посвящены разделы книги на страницах 44-48, 49. 30-40-е гг. ХХ века – самая трагическая страница в истории пенитенциарной системы всей страны и Бурятии. Сотни, тысячи людей были перемолоты сталинской репрессивной машиной. Их имена восстанавливаются из небытия в начавшейся публиковаться в 2007 г. книге памяти  жертв политических репрессии в Республике Бурятия. Том 1 А-Б-В.

С большим интересом и волнением воспринимается глава книги об участии сотрудников системы исполнения наказаний в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. Здесь представлен список сотрудников, ушедших на фронт, даны биографии их боевых дел, рискующих своей жизнью ради священной защиты нашей Родины.        

Победа принесла и первую послевоенную амнистию. Однако недолго пустовали бараки. Конец 1940-х гг. стал очередным витком образования на территории республики новых ИТЛ и колоний, лагерей военнопленных. Особый след на территории Бурятии оставили японские военнопленные. Они рассматривались как «трудовой фонд» для использования в народном хозяйстве. Нелегкий труд, скудное питание, неудовлетворительное медицинское обслуживание, тяжелые условия быта стали причинами высокой смертности японских военнопленных.

После 1953 г. начались изменения, направленные на укрепление законности исправительно-трудовой системы. 50-е гг., по мнению авторов, стал этапом критической переоценки организационно-управленческой структуры, политико-идеологической и правовой сторон системы исполнения уголовного наказания, подготовки и реализации реформы карательной системы (с.82). ХХ съезд партии положил начало нормативным преобразованиям института лишения свободы. Заметно расширяется участие общественности в исправительно-трудовом процессе осужденных, шефство трудовых коллективов. Постепенно проводилась политика реформирования системы мест лишения свободы, и создавались предпосылки формированию современной уголовно-исправительной системы. Были разработаны основные принципы воспитательной работы, в центр которой поставлена личность осужденного. Это, пожалуй, стало поворотным моментом в пенитенциарной политике Советского государства в целом, в Бурятии в частности.

В 1960-е гг. продолжалась реорганизация уголовно-исполнительной системы в стране и Бурятии. В основу деятельности исправительно-трудовых колоний было положено обязательное вовлечение осужденных в общественно-полезный труд, установление их раздельного содержания, проведение политико-воспитательной и культурной работы.

В 1990-е гг. реформа уголовно-исполнительной системы стала составной частью государственной социальной политики и была направлена на декриминализацию общества, расширение видов наказаний, альтернативных лишению свободы, сокращение числа граждан, содержащихся в местах лишения свободы, улучшение условий их содержания. Эти реформы продолжаются. Государство проводит политику гуманизации уголовного законодательства и исполнения наказаний, в том числе на территории Республики Бурятия.

Дочитав эту работу, невольно задумываешься о проблемах системы наказаний, оставшихся за рамками книги. В первую очередь это те, кто остается по ту сторону колючей проволоки. К сожалению, в нашем обществе сложился стереотип неполноценности осужденного. Оно мало интересуется его социально-психологическим обликом, в том числе в местах отбывания наказаний, его духовным миром, проблемами реабилитации. Эти люди зачастую брошены на произвол судьбы, а ведь за ними стоит конкретный человек. Напрашивается сравнение с подобной системой за рубежом, о которой у заключенных ходят идиллические легенды. Это те вопросы, которые мы можем адресовать авторам данной книги и пожелать им их учесть в дальнейшей работе.

 Авторский коллектив проделал огромную аналитическую работу по обобщению эмпирического и исследовательского материала, привлечению живых свидетельств событий, даже использовал стихотворные формы изложения, что без сомнения, придало труду неповторимый колорит. Книга сопровождена добротным приложением и справочным материалом, красочными и хорошо подобранными фотографиями. На наш взгляд, книга удалась, она может дать толчок изданиям такого жанра в регионах Сибири и Дальнего Востока, где веками существовала система наказания. Будем верить, что система наказания шаг за шагом приближает оступившегося осужденного к нравственному исправлению и покаянию.

 


Возврат к списку

  Rambler's Top100