История пенитенциарной политики Российского государства и Сибирь XVIII–ХХI веков
  • Политзаключенные в камере Александровского централа
  • Каторга - Сибирь
  • «Сибирская ссылка»

28-03-2010

Идейное и организационное содержание объединений ссыльных социал-демократов Якутска (Советская историография)

Автор: Исачкин Сергей Павлович

Исачкин С.П.

Идейное и организационное содержание объединений ссыльных социал-демократов Якутска (Советская историография)

 

         В статье исследуется советская литература о ссыльных социал-демократах Якутска. В частности, уделяется внимание партийной группе «Маяк» и Якутской организации РСДРП, действовавших поочередно в 1905-1917 гг. Объектом изучения является проблема идейного содержания и организационного состояния этих структур. В исследовании осуществляется критический анализ соответствующих положений, концепций и выводов историков. Автор работы предлагает на рассмотрение ученым собственное понимание данной проблемы и свою версию ее решения в ходе историографического процесса.  

        The article carries on an investigation of Soviet literature about Yakutsk exiled social-democrats, namely, special attention is paid to the party group of “Mayak” and  Yakutsk organization of RSDRP, acting in 1905-1917 years. The object of investigation is the problem of idea content and organizational position of these structures. The investigation includes critical analysis of corresponding notions, concepts and conclusions of historians. The author of the work offers his own opinion on the given problem and his version on its solution in the course of historiographic process for the consideration of scientists.    

 

 В социал-демократическом движении Сибири с момента его зарождения вплоть до 1917 г. не было фракционного размежевания. Местные структуры РСДРП включали в свои ряды большевиков, меньшевиков разных течений, а также неопределившихся эсдеков. Кроме традиционных формирований РСДРП, здесь в местах поселения и гласного надзора существовали партийные объединения репрессированных эсдеков. Из них в советской исторической литературе больше всего внимания уделялось ссыльным Якутска. Это было связано не столько с областным статусом города, сколько с пребыванием там таких деятелей большевистской партии, как Г. К. Орджоникидзе, Г. И. Петровский, Е. М. Ярославский, В. П. Ногин, Н. А. Скрыпник.

Уже в середине 20-х гг. ХХ в. появляются сведения о марксистском кружке «Маяк», образовавшемся с началом первой российской революции, а «с июня 1906 г. развернувшемся в Якутскую организацию РСДРП» и продолжающую существовать в годы реакции. Эти данные были предоставлены В.И. Биком, публикующимся тогда в журнале «По заветам Ильича» под сокращенным псевдонимом «В-р». Вопрос об идейно-политической ориентации «Маяка» автором не рассматривался. Однако при этом он заявлял о внефракционности одного из главных руководителей организации В.Н. Чепалова. Такой вывод В.И. Бик делал на основе перлюстрированных полицией писем1. Все это подводило читателя к мысли об объединенческих настроениях местных социал-демократов. В свою очередь С.М. Розеноер называл В.Н. Чепалова «стойким большевиком». Так же он  оценивал и идейную ориентацию других руководителей «Маяка», в частности С.Ф. Котикова и И.И. Васадзе2. Однако последний из них придерживался меньшевистских взглядов3, а об идейных воззрениях Чепалова точнее все же выразился  И.Г. Ройзман. В 1934 г. он считал правильным вести речь «об определенном большевистском уклоне» этого подпольщика4. Далее С.М. Розеноер рассмотрел процесс восстановления Якутской организации РСДРП после ее провала. Он начался, по его мнению, в 1910 г. С этого момента в ней не прекращалась ожесточенная фракционная борьба по важнейшим внутрипартийным вопросам. Об ее результатах автор умалчивал, но самой активной политической силой в ссылке он считал большевиков. Именно им принадлежало и руководство организацией5. Примерно так же описывал ее внутреннее состояние В.Д. Виленский-Сибиряков. Он подчеркивал формальное единство местного социал-демократического объединения. Оно, по свидетельству автора, к лету 1912 г. было уже окончательно оформлено организационно, но не имело общей идейной платформы. Борьбу в нем различных течений партии Ф.Д. Виленский-Сибиряков преподносил не в такой острой форме, как С.М. Розеноер, однако, все же признавал, что в предвоенное время основная часть членов организации поддерживала лидера большевиков Н.А. Скрыпника. В результате этого влияния ликвидаторские настроения меньшевиков были изолированны6.

Чаще других в 20-30-х гг. советского времени обращался к рассматриваемой проблеме Е.М. Ярославский. Он прибыл в ссылку в 1913 г., когда там уже «существовала небольшая партийная организация». «Гегемония в ней, - по утверждению автора, - принадлежала, несомненно, большевика»7. Однако они, несмотря на известные решения Пражской конференции 1912 г., вовсе не спешили размежеваться с ликвидаторами. Казалось бы, такой убежденный ленинец как Е.М. Ярославский, должен был исправить эту ошибку. Однако он, согласно собственным воспоминаниям, ограничился созданием группы «Правда» внутри объединенной организации. Она повела «ожесточенную» борьбу с «меньшевиками-лучистами», но при этом даже не ставила вопроса о полном разрыве с ними. Дальнейшее укрепление организации автор связывал с разработкой устава и  перерегистрацией ее членов весной 1915 г. Данный процесс закончился изгнанием из ее рядов меньшевика Н.Е. Олейникова за предпринимательскую деятельность, в то время как другие оппортунисты, не замеченные в столь страшном «разложении», свое членство в организации не потеряли8.

Как видно, сам Е.М. Ярославский, находясь в ссылке, относился к меньшевикам примиренчески. Разумеется, в дальнейшем он не мог не изменить своих взглядов. В советский период он заявил об ошибочности пребывания большевиков в одной организации с меньшевиками, ибо в такой ситуации было невозможно «развернуть нашу принципиальную линию»9. Вместе с тем автор пытался найти оправдание данному явлению. По его мнению, наличие единой социал-демократической организации в Якутске препятствовало союзу меньшевиков с эсерами, что плодотворно сказалось на политической ситуации в городе после февраля 1917 г. Именно тогда местные меньшевики, вступив в конфликт с социалистами-революционерами, вынуждены были после отъезда ряда видных большевиков «взять на себя роль последовательных выразителей интересов рабочего класса». «В этом, - утверждал Е.М. Ярославский, - была своеобразная особенность якутского меньшевизма»10. В 1920-х гг. такие высказывания еще  допускались в литературе, к тому же их автор еще не занимал должность главного идеолога партии. Рассуждения Е.М. Ярославского станут понятными, если учесть рассматриваемую им расстановку политических сил в отношении Первой мировой войны среди ссыльных Якутска. Эсеры, по его мнению, почти все были оборонцами, а среди меньшевиков довольно многочисленную группу составляли непоследовательные интернационалисты и неопределившиеся11. Правда, это противоречило другому высказыванию автора о значительном влиянии «большевистской линии» на ссыльных социал-демократов12. Однако, в данном случае Е.М. Ярославский, видимо, выдавал желаемое за действительное. В рассматриваемой литературе была отражена также борьба между ссыльными эсдеками за влияние на редакцию газеты «Якутская окраина». В ходе её, по общему признанию авторов, большевики вынуждены были капитулировать. Однако участие в газете меньшевиков вовсе не придало ей социалистическую направленность, она так и осталась «органом либеральной мысли»13. С данной трактовкой вопроса в целом можно согласиться, поскольку лишь первых два номера «Якутской окраины» за 1912 г. отражали социал-демократические
взгяды 14.

Во второй половине 30-х – 40-х гг. ХХ в. интерес исследователей к местной организации РСДРП почти полностью угас. Ей было уделено внимание лишь в одной из глав «Очерка истории якутского народа» С.А. Токарева. Судя по содержанию изложенного материала, автора не устраивали существовавшие ранее концепции рассматриваемого вопроса. С тем, что в период реакции 1907-1910 гг. местные эсдеки составляли единую группировку, он еще соглашался. Однако признать такое же положение дел после проведения Пражской конференции РСДРП ученый не хотел. По его утверждению, в 1912 г. Якутская организация «была уже вполне оформлена, и в ней большевики повели решительную борьбу с ликвидаторством меньшевистского крыла». Другими словами, С.А. Токарев давал понять, будто местные большевики неуклонно претворяли в жизнь решения VI Всероссийской конференции в Праге о разрыве с оппортунистами. Далее автор констатировал, что в период войны «почти вся организация твердо стояла на пораженческих позициях», то есть отстаивала ленинские тактические установки. По-новому он охарактеризовал и идейную направленность «Якутской окраины». Эта газета, по заверениям С.А. Токарева, функционировала «под руководством большевиков вплоть до самой революции 1917 г.»15. Данные выводы не подкреплялись  документальными источниками и во многом искажали существующую действительность.

Такое положение дел было результатом идеализации деятельности партии Ленина-Сталина в период «культа личности». Однако очерк С.А. Токарева не являлся историко-партийным трудом. Поэтому он не мог в полной мере удовлетворить идеологических требований правящего режима. Директивные задачи изучения деятельности большевиков в Якутии были поставлены И.М. Романовым в 1950 г. Этому посвящалась специальная статья. В ней предписывалось: «При изучении истории пребывания большевиков в Якутской ссылке… необходимо выявить ведущую линию развития этой истории – борьбу большевиков-социал-демократов против своих идейных противников». Заранее оговаривался и результат, к которому должны были прийти исследователи. Они обязаны были продемонстрировать победу «большевистской партийности». А «исходным методологическим принципом» в решении поставленных задач должно было стать «великое творение» И.В. Сталина – «Краткий курс истории ВКП(б)»16.

В 1952 г. вышла в свет монография П.У. Петрова о ссыльных большевиках Якутии. Ее появление можно было бы считать ответом на соответствующие призывы к историкам, если бы не одно обстоятельство. Дело в том, что многие ее выводы были перенесены из кандидатской диссертации автора17. Она была защищена в 1950 г., то есть одновременно с публикацией директивной статьи И.М. Романова. И, тем не менее, книга П.У. Петрова в целом отражала требования идеологических органов партии к историкам. К тому же она была отредактирована в соответствии с замечаниями одного из апологетов сталинской науки М.К. Ветошкина18. Бесспорно и то, что «ведущая линия» историко-партийных работ тех лет, а именно непримиримая борьба ленинцев с оппортунистами, в рассматриваемой монографии прослеживалась достаточно четко.

В частности, анализируя деятельность «Маяка», П.У. Петров подчеркивал, что его руководители «вели борьбу не только против эсеров, но и против меньшевиков». Восстановление организации социал-демократов Якутска ученый относил к апрелю 1914 г. Он резко критиковал тех мемуаристов, которые данное событие датировали более ранними сроками. Это мешало связать восстановление организации с именем «непоколебимого ленинца», а впоследствии главного идеолога партии Е.М. Ярославского, который прибыл к месту поселения только в 1913 г. Следует, правда, отметить, что автор не пытался скрыть объединенческих настроений среди местных эсдеков. Он писал: «Внутри Якутской подпольной объединенной организации проходила острая борьба по вопросу об отношении к ликвидаторам. Ссыльные большевики разоблачали ликвидаторов, как агентов либеральной буржуазии и  открытых противников революции. Они разоблачали якутских ссыльных меньшевиков как явных ликвидаторов, как врагов партии19. Данные высказывания вызывают серьезные недоумения. Во-первых, неясно, каким образом ликвидаторы, т.е. противники нелегальной работы, могли оказаться в подполье? Во-вторых, непонятно, почему большевики считали возможным пойти на объединение с «агентами буржуазии», «открытыми противниками революции» и «врагами партии»? И как вообще можно находиться в одной политической организации со своими врагами? Впрочем, в монографии П.У. Петрова присутствовали некоторые объяснения причинам существования единой партийной структуры местных эсдеков. По утверждению автора, активную помощь Е.М. Ярославскому в восстановлении организации оказывал В.П. Ногин. В частности, они совместно участвовали в разработке ее устава. При этом ученый  подчеркивал примиренческие позиции В.П. Ногина, что в конечном итоге сказалось на характере воссозданного партийного объединения20. В результате получалось, что примиренец В.П. Ногин был более влиятельной фигурой в ссылке, чем стойкий ленинец Е.М.
Ярославский. А последний, считая приемлемым сам факт существования общефракционного устава, мог также быть обвиненным в примиренчестве. Однако все эти логические несоответствия так и остались незамеченными. Сам же автор считал создание объединенной социал-демократической организации в Якутске «спустя два с половиной года после исторических решений Пражской конференции» крупной ошибкой, допущенной большевиками21.

Резкой критике подверг П.У Петров своих предшественников, писавших о пораженческих взглядах части местных меньшевиков во время войны. При этом в особой мере досталось «врагу народа» В.Д. Виленскому-Сибирякову, который, якобы «сознательно приукрашивал» оппортунистов. По заверениям П.У. Петрова, «меньшевики везде, и  в том числе в Якутской ссылке, были оборонцами», а пораженцами там являлись «только большевики». Приверженцев же центристской тактической линии историк вообще не воспринимал серьезно и относил к ним лишь нескольких меньшевиков Якутска. Свои выводы ученый пытался обосновать документальными источниками, что отличало его от многих авторов периода сталинизма. Так, опираясь на доклад начальника Иркутского губернского жандармского управления, П.У. Петров утверждал, будто все эсеры и большинство социал-демократов-меньшевиков Восточной Сибири признавали необходимость ведения войны до победного конца22. Однако, во-первых, данными по всему региону в целом некорректно подтверждать существовавшее положение дел в отдельной области. А во-вторых, глава местных жандармов пользовался, судя по всему, непроверенными сведениями, поскольку большинство восточносибирских эсдеков отстаивало центристские  позиции. Конечно, сразу после объявления войны многие политссыльные были подвержены патриотической эйфории, но анализируемый доклад датирован 1915 г., когда такие порывы уже основательно угасли. Далее П.У. Петров уличал в искажении «исторической правды» В.Д. Виленского-Сибирякова, считавшего лидера местных меньшевиков Г.О. Охнянского сочувствующим пораженцам. П.У. Петров действительно обнаружил в архивах документ, удостоверяющий личное признание Г.О. Охнянского в приверженности с самого начала войны к оборончеству23. Однако этот источник был датирован маем 1917 г. А в данное время Г.О. Охнянский поддерживал политику Временного правительства, в том числе в вопросах войны. Поэтому любые упоминания о своем былом сочувствии пораженчеству ему были невыгодны.

Таким образом, есть все основания уличить П.У. Петрова, как минимум, в некритическом отношении к источникам и, как максимум, в искусственной подгонке документального материала к необходимым выводам. Явно преувеличивал он и политическое значение прибытия в ссылку в 1916 г. Г.К. Орджоникидзе и Г.И. Петровского, что было, конечно же, обязательной данью господствовавшей идеологии24. Вместе с тем, автор не всегда следовал ее требованиям. В 1957 г. он попытался развить концепцию своеобразия якутского меньшевизма и его прогрессивности в период революций 1917 г., за что на протяжении целого десятилетия подвергался обструкциям25. И все же исследования П.У. Петрова постоянно признавались ярким явлением в советской историографии, несмотря на критическое отношение к ним. Они не оставляли равнодушными ученых ни во времена «застоя», ни на этапе «перестройки»26.

Выдвинутая П.У. Петровым концепция истории большевистской ссылки Якутии получила распространение в литературе второй половины 1950-х – 1970-х гг.27.  В данное время резонансом прозвучали лишь немногие выводы и положения авторов. Так, например, Н.Н. Щербакову удалось выявить, что большинство ссыльных меньшевиков Якутии в период Первой мировой войны «высказывалось за позицию, близкую к мартовской»28. А это полностью перечеркивало устоявшиеся взгляды по соответствующему вопросу. В свою очередь Е.Е. Алексеев попытался разобраться, почему при антагонистических воззрениях на политику руководства РСДРП члены местной организации даже не пытались разъединиться. После ряда умозаключений он пришел в принципе к правильному выводу. Историк впервые поднял вопрос о примиренческом характере Якутской социал-демократической организации. Однако это было сделано скорее не благодаря, а вопреки его рассуждениям, которые не отличались логикой. Так, Е.Е. Алексеев напоминал, что В.И. Ленин вовсе не отрицал союз своих сторонников с меньшевиками-партийцами и меньшевиками-интернационалистами, ведущими борьбу против ликвидаторства и оборончества. В то же время, анализируя фракционный состав местных социал-демократов, он пришел к выводу о преобладании среди меньшевиков накануне и в период войны ликвидаторов, центристов, оборонцев и интернационалистов. При этом последние, по замечаниям автора, нисколько «не осуждали социал-шовинистов» 29. В результате получалось, что якутские большевики игнорировали указания В.И. Ленина, поскольку объединились не с теми меньшевиками, которых он имел в виду.

Далее Е.Е. Алексеев отмечал малочисленность ссыльных   большевиков и отсутствие у них социальной базы в условиях мелкобуржуазного общества Якутии. Из этого положения по  логике  вещей  должен вытекать вывод о том, что им выгодно было состоять в одном объединении с меньшевиками,   иначе  большевистская   группа  рисковала превратиться в секту. Однако его не последовало. Вместо этого ученый занялся рассуждениями о руководящей   роли   большевиков   в  местной организации и об осуществлении ею «ленинской линии по важнейшим стратегическим и тактическим вопросам». При этом Е.М. Ярославский объявлялся ее «признанным» лидером 30. Иначе говоря, его признавали своим руководителем даже меньшевики. Если действительно большевикам удалось навязать свою волю численно преобладавшим меньшевикам, то о каких антагонистических противоречиях между ними можно вести речь? Как раз этот факт должен был демонстрировать примиренчество ссыльных эсдеков Якутска, которым умело воспользовались некоторые представители «ленинской гвардии». Однако Е.Е. Алексеев одновременно настаивал и на «объединенческих тенденциях» и на «ожесточенной борьбе» между группировками в местной социал-демократической организации 31. Разумеется, в условиях ссылки политическое сотрудничество превалировало над фракционными амбициями, но это отнюдь не вытекало из рассуждений автора. К тому же внутрипартийную борьбу, не доведенную до раскола, вряд ли вообще следует абсолютизировать и называть ожесточенной. Ее правильнее рассматривать как противоречие в стане союзников.

В рассматриваемой работе впервые появилось указание на существование в Якутске комитета РСДРП 32. На источник такой информации Е.Е. Алексеев не ссылался. Неизвестен он и до сих пор. Судя по всему, автор просто отождествлял понятия «организация» и «комитет». Подобно П.У. Петрову большое значение ученый придавал пребыванию в Якутской ссылке Г.К. Орджоникидзе. Е.Е. Алексеев писал: «Серго, познакомившись с положением дел, сделал подробный доклад о работе и решениях Пражской конференции. Он подробно разъяснил историческое значение конференции, изгнавшей из рядов РСДРП меньшевиков-ликвидаторов и других оппортунистов, оказывал огромную помощь в изучении и усвоении теории и тактики Ленина» 33. Нет никакого смысла сомневаться в этом. Именно так и должен был себя вести Г.К. Орджоникидзе, встретившись со своими соратниками. Удивительно другое: почему он даже не задумался воплотить в жизнь решения Пражской конференции непосредственно в Якутске? Почему примиренческий характер местной организации РСДРП вполне устраивал одного из самых преданных «гвардейцев Ильича»? Данный вопрос требовал особого научного разбирательства и, конечно же, Е.Е. Алексеев не был готов выдвинуть его в своем исследовании.

В самом конце 1970-х гг. вышел из печати монографический труд Г.Г. Макарова «Октябрь в Якутии». В его первой части эпизодически встречались новые трактовки изучаемых проблем. Так, например, в отношении фракционного состава ссыльных социал-демократов Г.Г. Макаров писал следующее: «Кроме большевиков в организацию входило несколько ликвидаторов и центристов, а также была значительная группа меньшевиков-партийцев и интернационалистов, которые колебались между большевиками и правыми меньшевиками. Некоторые из них впоследствии стали коммунистами» 34. При таком положении дел автору нетрудно было объяснить левый уклон в деятельности организации. Поэтому противоречий в его исследованиях содержалось на порядок меньше в сравнении с трудами предшественников. И все же некоторые из них были весьма заметны. Например, в одном случае историк подчеркивал, что образование объединенной организации РСДРП в условиях отсутствия подполья в городе и области, а также «полного произвола губернатора и царской полиции» представляло собой важный шаг в деле политической мобилизации ссыльных социал-демократов. Этот вывод можно было бы считать новым словом в изучении рассматриваемого вопроса, если б в другом случае автор не повторил прежнюю оценку данному явлению. Он назвал «даже формальное объединение с меньшевиками серьезной ошибкой якутских большевиков»35. И судя по всему, именно это утверждение ученый считал определяющим. Впрочем, совпадений с концепциями литературы прошлых лет в книге Г.Г. Макарова было больше, чем расхождений. Он, например, так же, как и П.У. Петров, воссоздание организации тесно связывал с именем Е.М. Ярославского. Более того, Г.Г. Макаров утверждал, будто попытка ее оформления предпринималась Н.А. Скрыпником еще в 1912 г., но ликвидаторы «сорвали это важное дело». Тем самым значимость прибытия в ссылку через год Е.М. Ярославского автоматически возрастала. Приезду в Якутск Г.К. Орджоникидзе и Г.И. Петровского автор придавал не меньшее значение. С данным событием он  связывал существенное усиление большевистской группы в объединенной организации 36. Правда, при этом он так же, как Е.Е. Алексеев даже не задумался о том, почему ближайшие соратники В.И. Ленина ничего не сделали для ее раскола. Видимо, без влияния книги Е.Е. Алексеева не обошлось и в тех случаях, где Г.Г. Макаров называл рассматриваемую организацию «Якутским комитетом РСДРП» 37.

 Исследование истории социал-демократической ссылки в Якутию продолжалось в 80-х – начале 90-х гг. ХХ в. благодаря работам В.С. Познанского, А.Д. Сыроватского, Э.Ш. Хазиахметова 38. Правда, первые двое так и не внесли ничего нового в изучение вопроса идейно-политической ориентации местной организации РСДРП. Последний же посвятил ей специальную статью, в которой анализировался численный и фракционный состав ссыльных социал-демократов на период 1910-1914 гг. Это, безусловно, существенно облегчало понимание идейных позиций  Якутской организации. По подсчетам Э.Ш. Хазиахметова, в течение указанного времени в городе постоянно проживало 75 ссыльных эсдеков.  Из них 31 человек были большевиками, 11 – меньшевиками  и 33 – социал-демократами «с неопределенной фракционной принадлежностью» 39. В такой ситуации ленинцы, разумеется, имели возможность проводить свою линию, ибо эсдеки без четких идейных позиций им никак не противостояли. А представители меньшевизма и не могли этого сделать, поскольку численно почти втрое уступали своим оппонентам. Однако выходить из общей организации большевикам не было смысла, так как данный акт оставил бы внефракционных и неопределившихся социал-демократов во власти меньшевиков. Этим и можно объяснить «сильные примиренческие тенденции» в Якутской организации РСДРП, которые были отмечены в статье Э.Ш. Хазиахметова 40. Такая же ситуация сложилась в местном социал-демократическом движении и в годы Первой мировой войны. Об этом можно говорить вполне определенно, поскольку организационная линия ссыльных большевиков Якутска с 1914 г. нисколько не изменилась.

Рассматриваемая работа Э.Ш. Хазиахметова в определенной мере прояснила процесс восстановления местной организации РСДРП после провала «маяковцев». Он прошел три этапа в своем развитии, каждый из которых начинался соответственно в 1910, 1912  и 1914 гг. 41 Примечательно, что в советских публикациях 20-50-х гг. эти даты фигурировали как самостоятельные точки отсчета воссоздания Якутской социал-демократической организации. В статье же Э.Ш. Хазиахметова все они были систематизированы, в результате чего стало ясно, что связывать начало ее восстановления с именем Е.М. Ярославского неправомерно.

В целом в советский период по рассматриваемой  проблеме был накоплен солидный историографический материал. Сведения об  объединении ссыльных социал-демократов Якутска были включены в сводную таблицу организаций РСДРП, помещенную в третьем томе фундаментального издания «Рабочее движение в Сибири» 42. Там данное партийное образование числится в статусе группы, что представляется явно заниженным. Очевидно, по своим структурным критериям объединение ссыльных эсдеков Якутска было  гораздо ближе к организации, чем к группе. На это указывают общее количество его членов, созыв партийных собраний, сбор членских взносов, наличие выборных органов и даже устава.

В свою очередь в ходе анализа идейно-политической ориентации социал-демократов Якутска следует учитывать тот факт, что сторонники В.И. Ленина, находясь в меньшинстве, создали в объединенной организации собственную группу. Внутри нее они имели возможность проводить свою тактическую линию, но серьезного влияния на других социал-демократов оказывать не могли. В такой ситуации ими даже не ставился вопрос о выходе из общепартийной структуры, что в условиях ссылки было бы неоправданно. Таким образом, идейное содержание Якутской организации РСДРП можно охарактеризовать как типично примиренческое. Это же следует отнести и к подпольному кружку «Маяк», переросшему в первые годы реакции в социал-демократическую группу.

Таким в данный момент представляется авторский взгляд на идейное содержание и организационное состояние объединений РСДРП города Якутска в 1905-1917 гг. Однако точку в изучении рассматриваемой проблемы ставить рано. Новые ее исследования вполне могут внести соответствующие корректировки  в процессе развития отечественной историографии.

 

Примечания

       1 В-р. Первый социал-демократический кружок в Якутске «Маяк» (1905-1909 г.) // По заветам Ильича. 1925. №6. С.52,56; №7. С.39; Он же. Кружок Емельяна Ярославского (Из  истории юношеского движения в Якутии) // Там же. № 8-9. С. 34.

       2 Розеноер С.М. Растопленный полюс (Якутская ссылка 1900-1917 гг.). М., 1935. С. 38-40.

       3 РГАСПИ (Российский государственный архив социально-политической истории) Ф. 89. Оп.1. Д. 6. Л. 22.

       4 Ройзман И.Г. Нелегальная печать в Якутской области до Февральской революции // 100 лет Якутской ссылки. М., 1934. С. 333.

          5 Розеноер С.М. Указ. соч. С. 32,33.

       6 Виленский-Сибиряков В. Якутская ссылка 1906-1917 годов // 100 лет Якутской ссылке. М., 1934. С. 262-264.

       7 Ярославский Е. Февральская революция в Якутии // 100 лет Якутской ссылки. М., 1934. С. 280.

       8 См.: Ярославский Е. Что было 9 лет назад в Якутске // Пролетарская революция. 1926. №3. С.225,226; Он же. Февральская революция в Якутии. С. 280-283.

         9 Ярославский Е. О Якутии (Статьи, письма, речи, телеграммы). Якутск, 1968. С.185.

        10 Ярославский Е. Накануне Февральской революции в Якутске // В якутской неволе. М., 1927. С.32,33.

      11 Там же. С.31.

      12 Ярославский Е. Что было 9 лет назад в Якутске. С.226.

      13 Розеноер С.М. Указ. соч. С.33; Виленский-Сибиряков В. Указ. соч. С.273; Ярославский Е. Накануне Февральской революции в Якутске. С.30.

       14 Щербаков Н.Н. Влияние ссыльных пролетарских революционеров на культурную жизнь Сибири (1907-1917). Иркутск,1984. С.177.

       15 Токарев С.А. Очерк истории якутского народа. М., 1940. С.206-208.

       16 Романов И.М. О задачах изучения истории большевиков в Якутской ссылке // Учен. зап./ Якутск. педагог. и учительск. ин-т. Вып.2. 1950. С.118,121,130,136.

       17 Петров П.У. Революционная деятельность большевиков в Якутской ссылке в период империалистической войны и Февральской революции: Автореф. дис… канд. ист. наук. М., 1950.

       18 Петров П.У. Из истории революционной деятельности ссыльных большевиков в Якутии. Якутск, 1952. С.7.

          19 Там же. С.78,98,100,102.

       20 Там же. С.99,100.

       21 Там же. С.100.

          22 Там же. С.107-110.

       23 Там же. С.109.

       24 Там же. С.113-122.

       25 Об ошибках в освещении истории областной партийной организации // По ленинскому пути. 1960. №6. С.7,8;  Сафронов В.Г. Якутская советская историография // Вопросы историографии и источниковедения Якутии. Якутск, 1971. С.15.

          26 Очерки советской историографии Якутии. Якутск, 1976. С.119; Хазиахметов Э.Ш. Освещение истории сибирской политической ссылки 1905-1917 гг. в советской историографии середины 30-х – середины 50-х гг. // Революционная и общественная деятельность ссыльных большевиков в Сибири (1903 – февраль 1917 гг.): Опыт, историография, источниковедение. Омск, 1989. С.69,70; Соколов А.И. Историография борьбы ссыльных большевиков Якутии против оппортунизма в межреволюционный период // Якутская политическая ссылка (XIX – начало XX в.). Якутск, 1989. С.148,149.

       27 История Якутской АССР. Т.2. М., 1957. С.387-416; Петров П.У. Революционная деятельность большевиков в Якутской ссылке. М., 1964; Телегин Н.В. Во главе революционной борьбы: О деятельности местных партийных организаций в период революционного подъема 1910-1914 годов. Л., 1965. С.220,2121; Гоголев З.В.  Якутия на рубеже XIX и  XX веков. Новосибирск, 1970.С.193-198; Батуев Б.Б. Партия большевиков – организатор победы Советской власти в Восточной Сибири. Улан-Удэ, 1971. С.63.

       28 Щербаков Н.Н. О некоторых вопросах деятельности большевиков в восточносибирской ссылке (1914-1917 гг.) // Партийные организации Восточной Сибири в борьбе за победу социализма и коммунизма. Иркутск, 1968. С.6.

       29 Алексеев Е.Е. По пути полного укрепления власти самих трудящихся (роль В.И. Ленина в исторической судьбе народов Якутии). Якутск, 1970. С.90, 93-95.

       30 Там же. С.91,94.

       31 Там же. С.94,95,98.

       32 Там же. С.89,90,92,95.

       33 Там же. С.100.

       34 Макаров Г.Г. Октябрь в Якутии. Ч.1. Якутия накануне и в период Февральской революции. Якутск, 1979. С.194.

          35 Там же. С.178, 184.

          36 Там же. С.175, 176, 180-183.

       37 Там же. С.178,194.

       38 Познанский В.С. Из истории революционной деятельности большевиков в Якутской ссылке // Большевики Сибири в трех революциях. Новосибирск, 1981. С.66-88; Сыроватский А.Д. Роль ссыльных революционеров в создании и деятельности марксистских кружков в Якутии. Якутск, 1991; Хазиахметов Э.Ш. Якутская организация РСДРП в 1910-1914 гг.: численность, состав, партийные связи // Организаторская и идеологическая деятельность большевиков в Сибири в период борьбы против царизма и капитализма. Омск, 1987. С.73-92.

         39 Хазиахметов Э.Ш. Указ. соч. С.78-80.

      40 Там же. С.88.

      41 Там же.

      42 Рабочее движение в Сибири: историография, источники, хроника, статистика. Т.3. Томск, 1991. С.45.

 

 

Настоящий материал опубликован: Сибирская ссылка: Сборник научных статей. Иркутск: Изд-во «Оттиск», 2009. – Вып. 5 (17). – С. 37–51.

 

 

 


Возврат к списку

  Rambler's Top100