История пенитенциарной политики Российского государства и Сибирь XVIII–ХХI веков
  • Политзаключенные в камере Александровского централа
  • Каторга - Сибирь
  • «Сибирская ссылка»

16-03-2009

Интернирование японцев в СССР (1945-1956 гг.) в советской и российской историографии.

Автор: Кузнецов Сергей Ильич

Тема японского интернирования в СССР сравнительно новая в российской историографии. Это  объясняется тем, что во  времена Советского Союза она относилась к «закрытым». В обширной советской военно-исторической литературе по истории второй мировой войны советско-японской войне 1945 г. уделено пристальное внимание. В ней подробно описываются ход подготовки и ведения боевых действий в Маньчжурии, другие вопросы. Однако все советские исследователи  сосредоточивались на освещении успешного наступления Красной армии в Маньчжурии. Обратная сторона войны – потери, пленные была скрыта. Даже в многотомных изданиях по истории второй мировой войны, выходивших в СССР в 60-70-х гг. читатель в лучшем случае найдет лишь упоминание о количестве японцев, взятых в плен. Упоминаются они исключительно как иллюстрация успехов Красной армии. О дальнейшей их судьбе военнопленных – ни слова.  В литературе по истории советско-японских отношений, международных отношений на Дальнем Востоке  после второй мировой войны проблема военнопленных упоминается лишь вскользь.

Недоступными для исследователей были и архивные материалы о военнопленных в СССР, системе лагерей военнопленных. Лишь во второй половине 80-х годов в СССР были  открыты прежде засекреченные  архивные материалы по военнопленным и интернированным.  Тема интернирования и плена стала обсуждаться в  средствах массовой информации – появилось большое количество газетных и журнальных публикаций, авторами которых были журналисты  центральных и региональных изданий (В.Дунаев, В.Цветов, Н.Цветков, Ю.Тавровский, К.Исаков и др.),  эмоционально описывающие свои представления об этой сложной странице советско-японских отношений. Материалы эти не содержали, конечно, серьезного научного анализа и опирались исключительно на свидетельства очевидцев, имели налет сенсационности. В то же время они разбудили в обществе интерес к теме, поставили первые вопросы: о численности интернированных, смертности в лагерях и другие. Другого рода газетные публикации появились в региональной печати (газеты «Восточно-Сибирская правда», «Советская молодежь», «Забайкальский рабочий, «Бурятская правда», «Красноярский комсомолец», «Магаданская правда» и другие)  в связи с ставшими многочисленными в начале 90-х годов посещениями родственников могил близких – бывших интернированных, умерших и похороненных в СССР. Эти материалы имели чисто информационный характер, однако для исследователей оказалось полезным то, что здесь приводились данные о конкретных кладбищах. Тем более, что некоторые журналисты предприняли попытки поиска забытых кладбищ японцев, опираясь исключительно на рассказы местных жителей.

Как переходные от чисто журналистских очерков к  аналитическим публикациям можно назвать некоторые публикации сотрудника Института востоковедения  академии наук А.А.Кириченко[i].  Их автор поддерживал тесные отношения с Всеяпонской ассоциацией бывших военнопленных и ее президентом Сайто Рокуро, давал многочисленные интервью японским журналистам и стал очень известен в Японии.

В 1989 г. в Иркутске была предпринята, пожалуй, первая попытка проведения научно-практической конференции по проблемам сибирского интернирования.  При поддержке Всеяпонской ассоциации бывших военнопленных на нее собрались ученые, журналисты и общественные деятели из Иркутска, Бурятии, Читы, Красноярска, Хабаровска, Барнаула.  К сожалению материалы докладов этой конференции не были опубликованы. Целью же Ассоциации Сайто Рокуро было  исключительно привлечение  российской общественности  к работе по восстановлению и поддержанию в порядке японских кладбищ, сохранения памяти и десятках тысяч бывших японских солдат пропавших в СССР.

Вскоре появились и первые научные публикации, авторы которых опирались уже на конкретные исторические материалы. Среди них следует выделить ряд публикаций военного юриста В.П.Галицкого[ii], исследователя из Владивостока Е.Ю.Бондаренко[iii].

В.П.Галицкий впервые ввел в научный оборот многие документальные материалы из центральных архивов СССР о жизни японцев в сталинских лагерях – он опубликовал документы, регламентирующие содержание  в лагере и работу интернированных, привел уточненные данные о количестве интернированных в СССР и смертности в лагерях. Это позволяет высоко оценить его вклад в исследование темы. В то же время над автором, видимо, давлели стереотипы советского времени. В результате его анализ ряда документов был не всегда критичным. Как это часто бывает, положения документов, инструкций, указаний и т.д. не во всем соответствовали действительности. В результате предложенный В.П.Галицким анализ часто выглядит односторонним. Автор, например, умалчивает о фактах, выставляющих политику советских властей в отношении военнопленных и интернированных в невыгодном свете и, напротив, приводит данные, которые свидетельствуют о почти отеческой заботе КПСС и советского правительства о пленных японцах.

С начала 90-х годов к проблеме японских военнопленных обращаются историки в регионах Сибири и Дальнего Востока. Используя материалы местных архивов (главным образом архивов местных управлений внутренних дел и бывших архивов КПСС), они показывали особенности трудового использования японцев на стройках Сибири и Дальнего Востока, размещение лагерей и лагерных отделений,  анализировали численность японцев в том или ином регионе СССР, количество умерших, состояние захоронений и т.д. К этим публикациям относят работы уже названной Е.Ю.Бондаренко. В 1991 г. выходит первая публикация по  этой теме иркутского историка С.И.Кузнецова[iv], в 1992 г. выходит подготовленная им карта мест захоронения и размещения лагерных отделений и отдельных рабочих батальонов в Иркутской области[v]. Карта была результатом серьезного анализа архивных материалов Иркутского управления внутренних дел и была предназначена для японских туристов, посещающих места захоронения.

В 1994 г. историки Иркутска предприняли выпуск Научно-информационного бюллетеня, посвященного проблемам интернирования, плена и ссылки. Японцам были посвящены материалы двух выпусков[vi]. Кроме статей, посвященных различным аспектам интернирования японцев в бюллетенях публиковали документы местных архивов. К сожалению  выпуск бюллетеня был прекращен.

В Бурятской республике, где в 1945-1949 гг. содержалось около  18 тыс. бывших солдат и офицеров Квантунской армии,  в начале 90-х годов начал исследование этой темы О.Д.Базаров. Он опубликован (в соавторстве с С.И.Кузнецовым) брошюру[vii], в которой впервые назвал точную цифру японцев интернированных в Бурятию, перечислил все лагерные отделения на территории республики, подсчитал количество умерших и назвал все кладбища японцев в Бурятии.

В 1994 г. в России была впервые защищена докторская диссертация по истории интернирования японцев в СССР в 1945 г.[viii], в которой были обобщены материалы по Иркутской области, Алтайскому краю, Бурятской республике, использовались материалы  по Красноярскому краю, Магаданской области, краям и областям Дальнего Востока. Были довольно подробно исследованы обстоятельства   интернирования японцев в СССР, географическое распределение их по территории СССР, международно-правовые аспекты пленения и интернирования, использование интернированных как рабочей силы во многих отраслях хозяйства СССР, особенности системы лагерей военнопленных, условий жизни в лагерях, медицинского обслуживания, организации идеологической обработки  японцев, причины высокой смертности в советских лагерях, особенности репатриации, взаимоотношения с местным населением и ряд других. Автор попытался  рассмотреть и особенности адаптации  бывших военнопленных на родине, однако эта часть работы, в силу недостаточности материала выглядит более скромно. Основные положения диссертации были опубликованы в ряде статей[ix] и двух монографиях[x]

К концу 90-х годов российскими исследователями был очерчен основной круг проблем исследования по теме японского интернирования, введены в научный оборот основные официальные документы, касающиеся интернированных (Постановление ГКО СССР от 23 августа 1945 г., Положение о военнопленных 19 сентября 1939 г., циркулярные письма и приказы НКВД и Главного управления по делам военнопленных и интернированных (ГУПВИ СССР) и многие другие).  Началась активная работа историков в регионах Сибири и Дальнего Востока России по изучению региональных особенностей  пребывания японцев в различных областях и краях огромной страны, предпринимались и поиски новых сюжетов. В 1997 г. вышла небольшая по объему, но весьма содержательная книга Е.Ю.Бондаренко о японских военнопленных на Дальнем Востоке России[xi]. В этом же году в Иркутске защищается диссертация О.Д.Базаровым по лагерям военнопленных в Республике Бурятия[xii] и публикуется его монография[xiii],  в 2001 г. в Красноярске защищена кандидатская диссертация М.Н.Спиридоновым по японским лагерям в Красноярском крае[xiv], в 2002 г. в Иркутске представлена к защите кандидатская диссертация С.В.Карасева о японцах в Чите[xv]. Последний, кроме традиционных разделов о лагерях японцев,  приводит интереснейшие материалы о пленении, интернировании и содержании в читинском лагере маньчжурского императора Генри Пу И и его многочисленной свиты.

В 2000 г.  в Москве издан фундаментальный сборник документов о военнопленных в СССР[xvi], в котором немало материалов и о  японцах. Современные исследователи имеют возможность активно использовать и  итерпретировать и опубликованные архивные материалы.

Таким образом, можно было бы сказать, что закрытая прежде тема о интернировании японцев стала предметом исследования современных историков России, а многие ее аспекты изучены достаточно глубоко. Вместе с тем имеется и ряд неиспользованных возможностей в исследовании темы.  Большинство российских историков, работающих по этой  теме не  владеют японским языком, а следовательно не  могут использовать огромный пласт мемуарной литературы самих японцев – узников сталинских лагерей, опубликованных их писем и прочих материалов. Для российских исследователей малодоступны и материалы японского министерства по делам благосостояния (Косэйсё). В данном случае выход очевиден –  необходима совместная работа японских и российских историков в исследовании очень важной для взаимоотношений двух стран проблемы. Пожалуй первым опытом в этом направлении стал семинар, проведенный Славянским центром университета Хоккайдо, в котором участвовали исследователи из России, Японии и даже Монголии[xvii] (известно, что некоторое количество  японцев находились  и в монгольских лагерях).

В любом случае, дальнейшее изучение темы японского интернирования в СССР необходимо, ведь знать всю правду о противоречивых страницах истории российско-японских отношений – насущная потребность народов наших стран.

 

Примечания     <hr"33%" size="1"></hr"33%">

[i] Кириченко А.А. Следы оборвались в Тайшете. Японские военнопленные в ГУЛАГе //Шпион. – 1993. - №1. Он же. 210 тысяч японцев ждут нашей помощи //Новое время. – 1990. - №41.

[ii] Архивы о лагерях японских военнопленных в СССР //Проблемы Дальнего Востока. 1990. - №6. Он же. Вражеские военнопленные в (1941-1945 гг.) //Военно-исторический журнал. – 1990. - №9. СССР Он же. Японские военнопленные в СССР: правда и домыслы // Военно-исторический журнал. 1991. - №4. Он же. Японские военнопленные и интернированные в СССР //Новая и новейшая история. – 1993. - №3.

[iii] Бондаренко Е.Ю. «Жестокий русский плен»? (свидетельствуют японцы) //Проблемы Дальнего Востока. – 1989. - №3. Она же. Голос народной памяти (читатели о статье о японских военнопленных) //Проблемы Дальнего Востока. – 1991. - №2. Она же. Долгий путь плена //Проблемы Дальнего Востока. – 1994. - №4; Она же. Японские военнопленные на территории советского Приморья в послевоенные  годы . - Уссурийск: //Рациональное использование биоресурсов Тихого океана: Тез. докладов Всесоюз.конф.8-10 окт.1991 г., 1992.-С.55-58; Она же.  Японские военнопленные на территории советского Приморья в послевоенные годы. - Уссурийск: // Арсеньевские чтения, 6-е.Тез.докл.региональной науч. конф..., 1992.-С.55-58.

[iv] Кузнецов С.И. Сколько японцев похоронено в СССР// "Версия". Региональный ежемесячник, Иркутск, 1991 N 5.

[v] Graveyards of Japanese war prisoners in Irkutsk Region. - М., 1992.

[vi] Иностранцы в Сибири: интернирование, плен, ссылка./ Научно-информационный бюллетень Гуманитарного общественно-научного центра. – Иркутск, Октябрь 1994; Японские военнопленные в Сибири (1945-1956 гг.) / Научно-информационный бюллетень Гуманитарного общественно-научного центра. – Иркутск, август 1995.

[vii] Базаров О.Д., Кузнецов С.И. В сибирском плену. – Улан-Удэ: Издательство ОНЦ «Сибирь», 1994.

[viii] Кузнецов С.И. Японские военнопленные в СССР после второй мировой войны (1945-1956 гг.) /Автореферат дисс. Докт. Ист. Наук. – Иркутск, 1994.

[ix]Кузнецов С.И. Японские военнопленные в Сибири (1945-1956 гг.) (Источниковедческий аспект) //Байкальская историческая школа: проблемы региональной истории. Тез. научн.конф. - Иркутск, 1994. ( В соавт. с О.Д.Базаровым.); Он же. Материалы архива Д.Макартура о японских военнопленных в СССР (1945-1956 гг.)// Россия, Сибирь и страны Азиатско-Тихоокеанского региона. Тез.докл.научно-практической конф. - Иркутск, 1994; Он же. Эксплуатация труда японских военнопленных в СССР (1945-1956) // Тоталитаризм и личность. Тез. Докл междунар. научно-практич. конф. - Пермь, 1994; Он же. Репатриация и социальные процессы в послевоенном японском обществе //Диаспоры в историческом времени и пространстве. Национальная ситуация в Восточной Сибири.Тез.докл.международной научно-практич.конф. - Иркутск, 1994.

[x] Кузнецов С.И.Проблема военнопленных в российско-японских отношениях после второй мировой войны.)- Иркутск, 1994; Он же. Японцы в сибирском плену (1945-1956 гг.) – Иркутск, 1997.

[xi] Бондаренко Е.Ю. Японские военнопленные на Дальнем Востоке России в послевоенные годы. – Владивосток: Издательство Дальневосточной университета.

[xii] Базаров О.Д. Японские военнопленные в Бурятии (1945-1948 гг.) /Автореферат  дисс. Канд. Исторических наук. – Иркутск, 1997.

[xiii] Базаров О.Д. «Сибирское интернирование»: японские военнопленные в Бурятии (1945-1948 гг.). – Улан-Удэ, 1997.

[xiv] Спиридонов М.Н. Японские военнопленные в Красноярском крае (1945-1948 гг.: проблемы размещения, содержания и трудового использования. – Красноярск, 2001.

[xv] Карасев С.В. Японские военнопленные в Читинской области (1945-1949 гг.) /Автореферат. Дисс. Канд. Исторических наук. – Иркутск, 2002.

[xvi]  Военнопленные в СССР 1939-1956: документы и материалы / Под. Ред. М.М.Загорулько. – М.: Логос, 2000.

[xvii] Советско-японская война и проблемы военнопленных в СССР // Slavic Research Center  Occasional Papers. No 81. – Sapporo: Hokkaido University, 2002.

 

Кузнецов С.И.,

д.и.н.,  профессор Иркутского государственного университета


Возврат к списку

  Rambler's Top100